Поиск по документам XX века

Loading

Терроризм

Терроризм (Terrorism) - один из вариантов тактики политической борьбы, связанный с применением идеологически мотивированного насилия. Суть терроризма – насилие с целью устрашения. Субъект террористического насилия - отдельные лица или неправительственные организации. Объект насилия - власть в лице отдельных государственных служащих или общество в лице отдельных граждан (в том числе иностранцев, или госслужащих иных государств). Кроме того - частное и государственное имущество, инфраструктуры, системы жизнеобеспечения. Цель насилия – добиться желательного для террористов развития событий - революции, дестабилизации общества, развязывания войны с иностранным государством, обретения независимости некоторой территорией, падения престижа власти, политических уступок со стороны власти и т.д.

Развернутое определение терроризма см. в проекте "Понятия и категории" - ст. Терроризм.

Тыркова А.В. Дневники. 1909.01.24 [Дело Азефа]

Дело Азефа (133). Пиленко (134) рассказывает, что даже в «Нов[ом] Врем[ени]» один из черных сотрудников нашел, что отсюда может начаться новая революция. В Ц. К. обсуждалось положение. Ждем, что Столыпин сделает ход против к[а]д[етов], отчасти чтобы отвлечь внимание, отчасти чтобы разделаться с политическими противниками. Высказывалось даже предположение, что он захочет повторить то, что проделал во II Думе с с[оциал]-д[емократами] (135). Но к кому притянуть к[а]д[етов], к Лопухину или к Азефу. П. Н. [Милюков] рассказал историю своего знакомства с последним...

О мерах предосторожности в связи с участившимися покушениями.

Позволяю себе представить вниманию Вашего Высокопревосходительства проект телеграммы, соизволение на которую, быть может, ныне своевременно. Г.г. Генерал-губернаторам, Губернаторам, Градоначальникам, копия Наместнику [на Кавказе]. Виду усилившегося террора против высших должностных лиц Государь Император при всеподданнейшем моем по сему предмету докладе изволил выразить пожелание, чтобы означенные представители власти избегали посещения таких мест и собраний...

Набоков В. Д., Обсуждение выступления Председателя Совета министров И. Л. Горемыкина (Из стенограммы заседания 13 мая 1906 года)

Хотя печать за последние дни подготовила нас к тому, что мы сегодня услышали, но тем не менее я думаю, что выражу общее настроение Думы, если скажу, что чувство, охватывающее нас, есть чувство глубокого разочарования и полной неудовлетворённости. Когда несколько недель тому назад прежний кабинет, графа Витте, подал в отставку, то такая отставка всего министерства накануне открытия Государственной Думы не могла иметь иного объяснения, как только то, что отныне правительство решило стать на новую дорогу, что новые министры откажутся от своих прежних лозунгов и что они намерены вступить на конституционный путь. Оказывается, мы ошиблись, и вместе с нами ошиблось и общественное мнение: мы не имеем и зачатков конституционного министерства, мы имеем всё те же бюрократические лозунги, и вместе с тем устраняется всякая надежда наша на то, что это министерство сможет вывести страну из того положения, в котором она находится, и сможет осуществить те задачи, которые на него возложит народное представительство...

О передаче дел, связанных с террором в военные суды. 24 декабря 1905 г.

В виду исключительно тревожных обстоятельств переживаемого времени и в целях возможно быстрейшего применения репрессий к лицам, изобличаемым в убийстве и покушении на убийство должностных лиц, я признал необходимым, на основании ст 17. Положения об охране,1) безусловную передачу этого рода дел в местностях, объявленных в положении усиленной охраны и не входящих в пределы генерал-губернаторств, - в военные суды для суждения виновных по законам военного времени с применением ст. 279 воинск[ого] уст[ава] о наказ[аниях]. Сообщая об изложенном Гг. Губернаторам и Градоначальникам, прошу все дела о лицах, изобличаемых в совершении указанных выше преступлений, в тех случаях, когда закон (п. I Именного Высочайшего Указа Правительствующему сенату 29 ноября сего года) представляет право Губернаторам и Градоначальникам объявлять местности, вверенные их управлению, в положении чрезвычайной охраны, - также передавать на рассмотрение военного суда для суждения виновных по законам военного времени с применением наказания по ст. 279 воинского устава о наказаниях.

Тыркова А.В. Дневники. 1904.07.15 [Плеве убит]

Плеве убит. Ди[т]ц телефонировал сюда об этом еще утром. И нас всех с тех пор бьет лихорадка. К сожалению, П|етра] Бер[нгардовича Струве] нет. Мне хотелось бы не только слышать, но и видеть его в эту минуту. Что теперь будет? Кого растерянный, бесхарактерный повелитель приставит к покорному стаду в качестве пастуха или, вернее, злой собаки? И потом непосредственное чувство радости. Убит. Нет его, чиновника-деспота, топтавшего и давившего все живое и желающее жить. Быть может это радость рабов, которых какая-то внешняя сила избавила [от] жестокого хозяина. Мы не умели и не могли избавиться сами. Пришел смельчак-герой и снял с несчастной задавленной родины гнет. А мы безопасно рукоплещем.

Тыркова А.В. Дневники. 1904.07.14 [В гостях у Крупской и Ленина]

...Красивый голубой вечер спускался к мечтательному, приветливо-нарядному Женевскому озеру. Я ехала в Женеву. Мне хотелось повидать [Надежду Константиновну] Ленину (78) и вперед делалось холодновато при мысли, а ну как она меня окатит партийным презрением. И мысль, что ее, широкую и чуткую, тоже заразила сектантская озлобленность, пугала и тяготила. На меня уже пахнуло там, около Clarens (79), где равнодушно-гостеприимный уголок уже десятки лет укрывает беспокойных русских изгнанников, - пахнуло лихорадно-неуживчивой атмосферой этого изгнанничества. И это было тяжело, эгоистически тяжело, п[отому] ч[то] ведь это именно те люди, с кот[орыми] мне предстоит жить, быть может, всю жизнь...

Е.П.Медников - А.И.Спиридовичу. 14 февраля 1903 г.

Барыня Васильевского, Константинович, находится в Чернигове и взята под наблюдение. Государь сказал, кто арестует Васильевского товарища, т. е. Гершуни, того озолотит и даст самую большую пенсию; постараемся это сделать. Баушка, говорят, что она в Вене, но из другого источника, будто она в Ярославле, а Гершуни - “Шляпа” в горах Кавказа, т.е. ему посоветовали ехать на Кавказ и навербовать компан. террористов баши-бузуков и с ними явиться в Петербург и начать расправу с Побед., Плеве, Витте и другими.

Сообщение секретного сотрудника Виноградова из Берлина в департамент полиции. 4/17-го июня 1902 г.

Вторая моя швейцарская поездка дала мне многое. Гершуни принадлежит к боевой организации партии социалистов-революционеров. Кроме него, к этой организации принадлежат еще несколько нелегальных, Г[ершуни] сам непосредственного участия не принимает, а его деятельность заключается только в разъездах, приобретении денег для боевой организации и приискании людей, способных жертвовать собой из молодежи. Остальные члены организации занимаются, так сказать, топографией, т.е. выслеживанием лиц, изучают местности и т.п., необходимое для приведения в исполнение задуманного предприятия.

Сообщение секретного сотрудника Виноградова из Берлина в департамент полиции. 5/18 апреля 1902 г.

Только что получил телеграмму Вашу - очень хорошо понимаю причины Вашего беспокойства о Гершуни в такое время. Думаю, что не мешает Вам не выпускать его уже теперь из виду, не потому, конечно, чтобы я думал, что он затевает или может затеять какой-нибудь террористический факт, а потому, что он, очевидно, великолепно организовывает партию социалистов-революционеров, которая, как видно, начинает встречать все больше и больше сочувствия в революционных кругах.

Письмо помощника московского генерал-губернатора А.Г.Булыгина № 841 министру внутренних дел В.К.Плеве о мерах борьбы с терроризмом, 22 марта 1902 г

Второй случай, слава Богу, неудавшегося покушения на жизнь Генерал-Майора Трепова1 в такой короткий промежуток времени, указывает на возбужденное настроение известной части общества и, как всегда бывает, на психическую заразу людей, склонных под впечатлением потрясающих событий мыслить в одном известном направлении.

Агентурные сведения о покушении Е.А. Алларт на жизнь московского обер-полицмейстера генерал-майора Д.Ф. Трепова, 18 марта 1902 г.

Вы уже знаете о постигшем нас несчастье с Д.Ф. Удивительное скверное у нас самочувствие. Должно быть от того, что задели человека сердцу близкого... Алларт (карточку прилагаю) была освобождена и избавлена от наказания по доброте Д.Ф., который как раз к моему в то время докладу получил от ее сестры, Ольги, слезницу, с приложением свидетельства невропатолога. Спиридович,3 вернувшись с ее допроса, выходил из себя и настаивал на усилении ей наказания, ибо она не только ему надерзила, но и хлопала дверями. Д. же Ф. умягчился докторским свидетельством и велел ее освободить на поруки сестры. И вот финал.

Протокол допроса Е.А. Алларт, совершившей покушение на московского обер-полицмейстера Д.Ф. Трепова, 18 марта 1902 г.

Судебный Следователь Московского Окружного Суда по важнейшим делам допрашивал обвиняемую, которая показала: Евгения Александровна Алларт, потомственная почетная гражданка г. Москвы, здесь и родилась, здесь и живу в Дурновском переулке, по Пречистенке, в д. Гольцевой, 22 лет, законнорожденная, православная, окончила курс в Московской частной гимназии Констан в 1896 г., потом была на педагогических курсах в Москве и затем на курсах воспитательниц и руководительниц физического развития, в Петербурге; я девица, определенных занятий не имею, живу на средства отца, который получает пенсию. Под судом не была, но 9 февраля меня арестовали с улицы и заключили в Бутырскую тюрьму, где я находилась 13 дней.

Д.С.Сипягин - В.Н.Ламздорфу. 18 февраля 1901 г.

Из данных расследования по делу покушения на жизнь Министра Народного просвещения выясняется, что обвиняемый Гомельский Мещанин Петр Карпович провел последний год в Берлине, занимаясь в Королевской библиотеке и местном Университете. Применение к некоторым студентам Киевского Университета Высочайше утвержденных временных правил 1899 года за участие этих лиц в бывших в Университете беспорядках, вызвало, по имеющимся у меня указаниям, сильную агитацию среди русской молодежи, обучающейся за границей, а также среди эмиграции, в том числе в Берлине, где по этому поводу, в начале текущего февраля, состоялось несколько сборищ, на которых присутствующие агитировали в смысле необходимости протеста и принятия репрессивных мер против представителей Русского Правительства.

Страницы

Подписка на Терроризм